-Кто? Кто из вас это сделал?!
Семен поднял голову и прислушался, уже догадываясь, по какому поводу хозяйка спозаранку подняла шум в коридоре. Маша, совесть которой была относительно чиста, на всякий случай поспешила скрыться за приоткрытой дверцей шкафа.
-Да что я спрашиваю?! А то я не знаю, кто из вас лапу на притолоку задирает! Где этот гаденыш?!
Семен не двинулся с места. Отзываться на подобный тон, как и прятаться, он считал ниже своего достоинства.
-Я с тобой разговариваю! Когда мы будем жить как все люди? Когда я смогу ковер постелить в коридоре и не замывать его каждый день?! Ну-ка быстро иди сюда, негодяй!
-Ры! – сказал Семен невнятно.
-Я сказала, иди сюда!
-Ры! – заявил он громче, давая понять, что разговаривать на эту тему больше не желает.
Хозяйка подошла к нему сама, подняла с пола и потащила показывать мокрое пятно на ковре, не обращая внимания на утробное урчание, клокочущее в горле.
-У-мля-мля-мля! Ры! – объявил возмущенный до глубины души Семен, когда снова оказался на полу.
-Я тебе попререкаюсь с хозяевами! Ты зачем это сделал? Ты не знаешь, где писают умные мальчики?!
-Ры! – ответил Семен, демонстративно поворачиваясь задом к стучащему по полу хозяйскому пальцу. Стараясь не терять достоинства, прошествовал к диванчику на кухне и уже из-под него наблюдал, как хозяйка бегает туда-сюда с газетами, тряпками и тазиком с водой. Раскаяния он не чувствовал.
Хозяйка бурчала все утро. Ближе к обеду она начала греметь посудой на кухне, принесла с балкона кастрюльку, из которой скоро вкусно запахло мясом, перемешанным, видимо, из чистой вредности, с противной гречкой. На запах и звон мисок из шкафа высыпалась Маша, с утра задремавшая в полутьме на куче носков и проспавшая начальные приготовления к обеду. Скоро в обеих мисках под холодильником выросли две аппетитные горки.
-Иди есть, поганец!
Семен не двинулся с места.
-Лопай давай! Вон, как Маша.
Он продолжал лежать неподвижно, гордо глядя в сторону.
-Сенька, иди кушай, - сменила тон хозяйка.
Семен медленно поднялся, подошел к миске, понюхал кашу и равнодушно сел рядом с холодильником.
-Ну ты чего? Семенушка, у тебя болит что-нибудь?
Хозяйский палец выловил из миски кусочек мяса и поднес к самому семенову носу. Тот скосил вниз глаза. Пахло вкусно, рядом вовсю чавкала Маша, жадно поглядывая в соседскую миску. Опытным путем уже было установлено, что она способна отфильтровать любую, даже провернутую на мясорубке пищу и выловить мясо из обеих мисок, оставив опоздавшему пустую гречку. Семен нехотя, так, чтобы хозяйка поняла, что ей делают одолжение, взял кусок и снова повернулся к миске боком.
-Ну что с тобой делать? Мужик, ты опять за свои фокусы? - хозяйка вздохнула, покачала головой, поднялась с корточек и вышла из кухни. Доевшая свою порцию Маша потянулась проверить семенову, но он пулей метнулся к миске, грудью закрыл ее от врага и принялся жадно есть. Проверить, как далеко ушла хозяйка, ему в голову не пришло, и потому Семен не знал, что она, давясь от смеха, наблюдает из-за двери за происходящим на кухне.
После обеда он, заметно подобревший, прошелся с проверкой по комнатам, пару раз пнул по коридору плюшевого мишку с торчащей из всех швов ватой, и решил, что можно простить хозяйке ее безобразное утреннее поведение. Семен залез на диван, где та, еще не подозревающая о своем счастье, смотрела телевизор, посопел и ткнулся носом ей подмышку.
-Ры, - благодушно объявил он и перевернулся на бочок, чтобы подставить пузико для почесывания.
Окончательное прощение хозяйка получила, когда стала собираться на прогулку. Маша, считающая, что для всех ее нужд вполне достаточно тряпочки на полу туалета, а идти на улицу – только зря себя трудить, в темпе вальса скрылась под диваном. Пока хозяйка лазала на четвереньках по полу и пыталась выудить дезертиршу из ее укрытия, Семен сидел у двери в полной боевой готовности и все громче выдавал пронзительно-жалобную Песню Жаждущего Прогулки, по сравнению с которой плач Ярославны показался бы жизнеутверждающим маршем оптимистов.
-Фиг с тобой, сиди дома, - сдалась наконец хозяйка и повела его одного.
На улице, пока Семен правил не соответствующие на его взгляд истине надписи на дереве, из соседнего дома появился бульдог Гоша с хозяином. Семен был слишком занят, чтобы заметить опасность вовремя – старался, высоко задирал лапку и слегка отталкивался ею от ствола, когда начинало клонить в сторону. За таким ответственным делом ему обычно было не до посторонних. Бульдог оказался внимательней. Увидев вероятного противника, Гоша засопел, наклонил голову и пошел вперед, как маленький плюшевый танк на четырех лапах.
-Сеня, хочешь на ручки? – спросила хозяйка.
Семен оглянулся, увидел опасность и подпрыгнул на месте. Сердито буркнул (а ты как думаешь, глупая баба?), поднялся на задние лапы и протянул хозяйке обе передние. Сопящий танк за спиной перешел на третью скорость.
-Ры! – высказался слегка запыхавшийся Семен, поглядывая на Гошу с безопасной высоты. Это означало: если б ты, дуррра, меня не поймала, я бы его - на клочки! И разбросал бы по всему двору!
-А как же, - согласилась хозяйка, которая в глубине души считала, что Гоша принял ее мужичка за кошку.
Дома из ванной, где ему мыли в раковине лапы, долго несся гневный монолог о глупых бабах, которые слишком много себе позволяют, и о том, что он, Семен, с ними сделает, как только его поставят на пол… Вечером проходя мимо притолоки он вскинул было лапку, но поймал напряженный взгляд хозяйки и гордо прошествовал мимо. Придется подождать до ночи, а то опять развопится…
-Ры! – добавил он на всякий случай.
Когда Маша уже давно храпела под батареей и сучила лапками, гоняя по своим собачьим снам какого-то неведомого противника, Семен направился к лежаку. Он покрутился на мягкой подстилке, поскреб ее лапами и совсем собрался было лечь, когда вспомнил, что хозяйка еще не спит и может застать его за этим немужественным занятием. Суровые и гордые мужики не спят на мягких лежаках – в этом Семен был уверен твердо и неколебимо. Настоящие мужчины ложатся спать на голом полу, разбросав в стороны все четыре лапы и сотрясая воздух мощным храпом! На лежак он перебирался только глубокой ночью, и сердито ругался, если его там заставали…
Проходя мимо, хозяйка наклонилась и погладила его по голове.
-Спокойной ночи, злой, вредный мужичок.
-Ры, - сонно ответил Семен.
-Так с ними и нужно, - думал он, засыпая. – Строго. Чтобы помнили, кто мужик в доме, и вообще…


